Готовый фильм хотят "резать по живому". Удастся ли его отстоять?

16.02.2009

Рубрика:

Это кино захватывает с первого же мгновения. И не отпускает до мгновения последнего. Полтора часа, что длится фильм, ты зачарован, ты потрясен. Там бушуют даже не шекспировские страсти, а роковые сшибки гомеровского толка. Мы с головой погружены в пространство мифа, там угадываются контуры древних легенд о прототюрках. Но сквозь оболочку мифа прорывается живая человеческая душа, и бренная плоть наших пращуров, как и ныне, безмерно тоскует о любви и счастье, о супружеском ложе, о сотворении ребенка.

Знаете, что самое удивительное в этом фильме? В нем нет ни единого слова, в нем нет диалога. Драматургия действия столь сильна, что слова и вправду не нужны. Как признался соавтор сценария и режиссер-постановщик кинокартины Ермек Турсунов, "молчание порой намного выразительнее слов". Кино на заре его существования называли "великий немой". Здесь мы видим попытку вернуться к изначальной сути синематографа, но уже во всеоружии кино XXI века. Попытка непростая, она требовала огромного напряжения от создателей фильма. Но в результате появилось небывалое, уникальное качество: из немоты родилось новое слово на киноэкране.

Фильму крупно повезло: музыку написал Едиль Хусаинов, композитор фантастического дарования, он в титрах по праву должен стоять одним из первых. Вот кто из немоты высекает смыслы и заставляет наше сердце биться в унисон с той неизбывной радостью и болью, из которых соткана жизнь героев кинокартины. Он наполняет каждый кадр воздухом мифа, он придает снегам первозданную свежесть и белизну. И хозяйски рыскает по снежной белизне та самая волчица, праматерь тюрков, и кружат вещие грифы над телом ушедшего в мир иной, и мрачно смотрит филин, прозревая грядущие беды, и строптивые яки тянут лямку сурового бытия наравне с людьми.

Композитор, звукорежиссер, оператор, художник заставляют нас верить в доподлинность мира, что возникает на экране. И нет нам дела до того, что во время съемок холода стояли небывалые, от мороза садились батарейки и ломались провода. С животными тоже морока: яки не слушались, волчица норовила сбежать, гриф не хотел летать, филин съел всех мышей. Но по-другому, наверное, и не бывает.

А главное - угнетала мысль, что это чистой воды эксперимент, что можно было бы пойти путем традиционным, с диалогами и безошибочно стандартными ходами. Отказ от слов стал сказываться на структуре, сюжете, построении мизансцен. И на игре актеров. Там укрупнялись жесты, мимика. Там взгляды становились значимее речей. Там человеку было позволительно разве что засмеяться от радости, застонать от нестерпимого счастья или завыть по-волчьи от невыносимой беды.

Пересказывать сюжет этого фильма - занятие безнадежное. Тем более что у пращуров наших проблемы были в принципе те же, что и у нас. И горькая женская доля, когда невестка должна покинуть дом родной и жить под одной крышей с нелюдимой и мрачной свекровью. И яростная, до смерти, схватка мужчин, не поделивших женщину. И отчаяние матери, потерявшей взрослого сына. И долгие проводы покойного в мир иной. И явление долгожданного младенца в этот неласковый и желанный мир. А как лаконично, сурово и просто показан один из самых значимых и загадочных моментов, когда старуха воем призывает ощенившуюся волчицу, чтобы подоить ее и молоком тем напоить новорожденного. Не забывайте - ведь он прототюрк.

Меня поразило, как на одном дыхании рассказал сюжет ленты Мурат Ауэзов перед телекамерой, уже по завершении фильма: "После сложнейших перипетий этой истории все же наступает мир, и уже сама келин становится как некая волчица, как праматерь тюркских народов. Здесь много философии. Но главное то, что это великолепно снято, это по-настоящему высокохудожественное произведение".

Фильму и впрямь пророчат блестящее будущее. Он только что вернулся из Праги, где, как сказано в пресс-релизе, "заканчивал пост-продакшн на старейшей европейской киностудии "Баррандоф". Впервые наша продукция прошла так называемый цикл ID- технологическую лесенку, технический формат, принятый в современном мировом кинематографе. Там фильм был восторженно принят специалистами, профессионалами и критиками. Они оценивали картину по самой высокой шкале, считая, что это - новое слово в кино. Ее и сравнивать-то в нашем отечестве не с чем, настолько новаторски она сделана. Уже сейчас ведутся работы по продвижению картины на Каннский кинофестиваль, ее выдвигают на "Оскар" от Казахстана.

И все бы ничего, если бы не коварный вопрос репортера: а когда фильм выйдет в прокат? По логике вещей, это должно состояться со дня на день. Но на пути фильма к зрителю встали блюстители нравственности из экспертного совета: не грешат ли натурализмом отдельные эпизоды? Не слишком ли громко предаются плотским утехам наши пращуры? Не бросает ли картина тень на наш казахский менталитет?.. Да и главная героиня далека от эталонов девичьей чести. Отдается трем мужчинам сразу. Какая же она, прости Господи, келин?!

С точки зрения буквализма, действительно - никакая. Правда, предполагается, что фильм будут смотреть не прототюрки, а их вполне интеллектуальные потомки, которую могут отличить божий дар от яичницы. Которые едва ли станут современное понятие "келин" один к одному переносить в те мифические времена, когда до появления Чингисхана оставалось еще тысячу лет.

Ребята, очнитесь! И смекните: если мужик репродуктивного возраста привел в дом молодую женщину, то как ее прикажете называть? Правильно, сноха, то есть по-казахски "келин". Но это еще не значит, что сноха у прототюрков была столь же целомудренна и высоконравственна, как в наших казахских аулах. Не надо название "Келин" переносить на казахскую ментальность.

В те поры, когда зарождались мифы, вопрос стоял ребром: надо было правдами и неправдами выжить, дать жизнь потомству, в том числе и нам с вами, далеким пра-пра-правнукам. И не воротите носы в сторону! Когда молодая женщина, потеряв мужа и оставшись бездетной, пытается отдаться его младшему брату-подростку - ну нет других мужиков в округе! Старуха, хранительница устоев в доме, отнеслась к этому с полным пониманием - в отличие от членов экспертного совета. Родные мои, какая там к черту эротика! Сцена столь пронзительна, что перехватывает горло, и невозможно не сострадать мальчику, вынужденному взять на себя обязанность по продлению рода. Ну не было в зрительном зале хихиканья, смешков, а вот слезы стояли в глазах потрясенных зрителей.

Конечно, чтобы смотреть такой фильм, зрителю нужна интеллектуальная и художественная подготовка. Фильм этот можно смотреть и думать не просто и не только о том, что происходит на экране. Фильм вызывает ассоциативный ряд, он заставляет человека интенсивно думать. Это, знаете ли, то, что отличает искусство от ремесла. А в нашем случае фильм сделан и по законам истинного искусства, и на уровне высокого ремесла.

Нельзя на миф смотреть как на современность. К казахам вся эта история имеет весьма отдаленное отношение. А то, что лента создана на "Казахфильме", так за это "Казахфильму" хвала и честь.

Есть тут и еще одна тонкость. Фильм сдан, и акт приема подписан до появления экспертного совета. Так что свое решение по фильму "Келин" совет принимал задним числом. Но тогда правомочно ли оно? И не нарушаем ли мы авторское право? Вообще в связи с этим начинаешь размышлять: а что такое этот экспертный совет? Не придумываем ли мы для себя очередную "страшилку"?..

АскарБАЕВ,еженедельник Central Asia Monitor

16372 просмотра

Готовый фильм хотят "резать по живому". Удастся ли его отстоять?

Комментарии

Главное меню

Опрос

Рубрики

Регион

Навигация

Вы здесь

Готовый фильм хотят "резать по живому". Удастся ли его отстоять?

Комментарии

Главное меню

Поиск

Опрос

Рубрики

Регион

Вход на сайт

Навигация